Шейх Салим ат-Тауиль: Когда ихваны говорят о себе, что они не ихваны. Два вида ихванов.

01.06.2017 | 1302

الشيخ سالم بن سعد الطويل: عندما يقول الإخوانيون أنهم ليسوا بإخوانيين. نوعان من الإخوانيين

Шейх: Еще пятнадцать лет назад – может быть больше или меньше, и мы думаем, что больше – я встретился с доктором Сальманом аль-Ауда у него дома.

Присутствующий: С Сальманом аль-Ауда?

Шейх: С Сальманом аль-Ауда у него дома. И я заметил, что в его библиотеке есть книги Мухаммада Сурура. Эти книги были изданы под псевдонимом «Абдуллах аль-Гариб». А Абдуллах Гариб известен у нас в Кувейте – это и есть Мухаммад Сурур. Мухаммад Сурур был в Кувейте, жил в Хайтан Джадида. Теперь это Хайтан, как вы знаете. И эта книга известная, это – «Джа-а даур аль-маджус», так же другая книга – «Амаль уаль-мухайямат аль-фалистыния». Я увидел у него экземпляры этих книг и спросил: «Шейх Сальман, чьи это книги?». Ответил: «Доктора Абдуллаха аль-Гариба». Я сказал: «Это ведь псевдоним». Говорит: «Да, говорят, что это кто-то у вас в Кувейте – Ашкар или кто-то другой». Говорю: «Как же мы знаем, а ты не знаешь? Это ведь Мухаммад Сурур!»

Мухаммад Сурур был учителем в Бурейде (КСА), и там познакомился с ним Сальман аль-Ауда. Затем он (Мухаммад Сурур) переехал в аль-Ахса (КСА). Или наоборот: сначала был в аль-Ахса, а затем переехал в Бурейду. Затем на некоторое время переехал в Кувейт, затем уехал в Лондон и организовал призыв, название которого — «суруризм» — образовано от его имени. Он не говорит о себе, что он – сурурит, так его назвали другие. А он в основе из «ихвануль-муслимин» («братья-мусульмане»), как сам об этом ясно заявлял: что он был в Сирии с «ихвануль-муслимин», затем у него случилось с ними разногласие, и он выступил с движением, «оздоровительным» для «ихвануль-муслимин». То есть организовал еще одно ответвление «ихвануль-муслимин». И это одно из свидетельств того, братья, что в наше время появилось много группировок, которые относятся к «ихвануль-муслимин» идеологией и манхаджем (методологией), даже если они не относятся к «ихвануль-муслимин» административно.

Я обратился к доктору Сальману аль-Ауда с этими словами, сказал: «Ты из «ихвануль-муслимин»?» Он ответил: «Нет, ни в коем случае». Я спросил: «И не знаешь «ихвануль-муслимин»?» Он ответил: «Клянусь Аллахом, я не знаю ни одного из «ихвануль-муслимин»». Ихвануль-муслимин! Весь мир переполнен ими. Говорю: «Не знаешь из них ни одного?» Десятки лет прошли со смерти Хасана аль-Банны! Говорю: «Не знаешь ни одного из них?» Говорит: «Клянусь Аллахом, ни одного не знаю! Я не из них и никого из них не знаю!» Говорю: «Ты и есть из них!» Говорит: «Клянусь Аллахом, я не из них». Говорю: «Ты и есть из них!». Был тогда со мной брат Усман аль-Хамис, он сказал: «Хватит, хватит, человек поклялся перед тобой». – И я замолчал.

Прошли дни, прошло некоторое время, и состоялся визит доктора Насыра аль-Умара к шейху, выдающемуся ученому, мухаддису Мухаммаду Насыруддину аль-Альбани, да помилует его Аллах, в Иордании. И он записал с ним известную кассету. И сказал тогда Насыр аль-Умар шейху аль-Альбани, да помилует его Аллах: «Шейх, я готов поклясться Аллахом, что шейх Сальман аль-Ауда не из «ихвануль-муслимин»». Это шейх аль-Альбани, а не Салим ат-Тауиль, ты не сможешь просто так пройти мимо этих слов. Шейх сказал: «Избавь нас от этой клятвы. Сможешь ли ты поклясться, что его (Сальмана) манхадж не является манхаджем «ихвануль-муслимин»?»

Видал их хитрость? Действительно, административно они могут быть не из «ихвануль-муслимин», как Мухаммад Сурур, например. – Он вышел из организации «ихвануль-муслимин», однако в идеологии, в манхадже он не перестал быть ихваном. И при том, что он организовал новое ответвление, и при том, что вошел в разногласие – как говорится «разногласие административного плана» — его и их манхадж и идеология одинаковы. И пусть у них это будет ответвление баннавитское, а это – кутбистское и тому подобное, все равно они не перестают быть в общей плоскости. Даже если кто-то из них выйдет из состава организации, дряхлеющей организации «ихвануль-муслин», то все равно остается приверженцем их идеологии.

И когда сказал шейх аль-Альбани доктору Насыру аль-Умару: «Сможешь ли ты поклясться, что его (Сальмана) манхадж не является манхаджем «ихвануль-муслимин»?» — Замолчал (Насыр аль-Умар). Совсем замолчал! И это записано, ты можешь обратиться к записи. Затем шейх аль-Альбани продолжил свою речь и сказал: «Знаешь ли ты нашего брата Абдуррахмана Абдульхалика?» Насыр аль-Умар ответил: «Да, я знаю его». Шейх сказал: «Он был в числе наших студентов и братьев-саляфитов, когда был в Мединском Исламском Университете. Однако он, вместе с некоторыми братьями саляфитами в Кувейте, отклонился к манхаджу «ихвануль-муслимин» и сделал из них партию, сделал группировку и ввел их в политику». — Это слова ученого, братья. Это ученый! Это шейх аль-Альбани, да помилует его Аллах! Он раскрыл для нас положение дел, которое в наше время не скрыто ни от кого, кроме совсем простого человека, у которого нет опыта, нет познаний в том, как распознавать манхаджи, секты, группировки. Шейх пояснил, что есть организация «ихвануль-муслимин», а есть идеология и манхадж (секты) ихвануль-муслимин. В Кувейте ее представляет Абдуррахман Абдульхалик и благотворительная организация «Ихья ат-турас». Они не называются «ихвануль-муслимин», однако ихванская идеология и манхадж – держится за нее Абдуррахман Абдульхалик.

Очень плохоПлохоНормальноХорошоОтлично (Пока оценок нет)
Загрузка...